Сергей Худиев

ОБ УВЕРЕННОСТИ

В

СПАСЕНИИ

Верен Бог, Которым вы призваны в общение

Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего

(1 Кор. 1:9). СОДЕРЖАНИЕ

От автора..........................................................................................

Общие понятия................................................................................

Человекам это невозможно.............................................................

Возмездие за грех — смерть...........................................................

Искупление во Христе Иисусе........................................................

О невозможности промежуточного состояния…………………..

Вера ..................................................................................................

Оправдание верой............................................................................

Спасение как нынешнее состояние................................................

Прощение грехов…………………………………………………..

Таинства Церкви и уверенность в спасении……………………..

Уверенность в спасении и обязанности христианина …………..

Спасение как процесс.....................................................................

Господство Христа ..........................................................................

О предопределении ко спасению...................................................

О соблюдении ко спасению............................................................

Внутреннее свидетельство Святого Духа......................................

Об исходе души из тела ..................................................................

Заключение......................................................................................

Приложение 1: Каноны II Аравсийского (Оранжского) собора...

Приложение 2: Разъяснение  недоумений,  связанных  с  понятием

свободной воли…………………………………………………………….. Я  мог  бы  отчаяться  по  причине

бесчисленных  моих  грехов,  пороков  и

преступлений,  которые  совершил  и

ежедневно  не  перестаю  совершать

сердцем,  устами,  делом,  всеми

способами,  которыми  может  грешить

человеческая немощь, если бы Слово Твое,

Боже мой, не  стало плотью и в нас не

обитало.  Но  я  не  осмеливаюсь  уже

отчаиваться,  так  как  Он  был

послушным  даже  до  смерти,  и  смерти

крестной,  понес  на  Себе  рукописание

грехов наших и, пригвоздив его ко кресту,

распял  грех  и  смерть.  И  я  обрел

безопасность  в  Нем,  сидящем  одесную

Тебя и ходатайствующем о нас. Уповая

на  Него,  я  желаю  прийти  к  Тебе,

Которым мы уже воскресли, и ожили, и

взошли  на  небо.  Тебе  хвала,  Тебе  слава,

Тебе честь, Тебе благодарение.

Блаженный Августин ОТ АВТОРА

Эта книга посвящена вопросу о том, может ли христианин быть

уверен в своем личном спасении. За исследование этого вопроса меня

побудили взяться две причины. Первая связана с моей личной про-

блемой — я знаю, что я грешник и что умру, и мне важно выяснить, на

что лично я могу надеяться. Вторая — с повелением, которое Господь

дает всей Церкви и каждому христианину:

Идите  по  всему  миру  и  проповедуйте  Евангелие  всей  твари

(Мк. 16:15).

Для того чтобы исполнить это повеление, необходимо четко оп-

ределить, хотя бы для самих себя, в чем конкретно состоит та Благая

Весть, которую нам поручено проповедовать. Ибо когда Апостол тре-

бует:

Будьте всегда готовы всякому, требующему у вас отчета в ва-

шем  уповании,  дать  ответ  с  кротостью  и  благоговением

(1 Петр. 3:15),

он определенно имеет в виду, что «наше упование» — это что-то

вполне выразимое в  словах, что-то такое, что мы вполне можем (и

должны) внятно объяснить любому нецерковному человеку. При этом,

очевидно, имеется в виду не наша готовность сдать экзамен по догма-

тике, литургике или истории Церкви, а готовность объяснить, какую

надежду имеем мы как христиане и какую надежду мы хотим предло-

жить нашим неверующим ближним. Как правило, когда в разговоре с

неверующими — устном или на страницах печати — речь заходит о

Церкви, люди обсуждают культурные, политические, экономические

вопросы, каким-то образом связанные с христианством, но не христи-

анскую надежду. Иногда в этом даже видят некую добродетель — на-

ша надежда, мол, это что-то слишком трепетное, слишком глубокое,

чтобы мы могли кричать о ней с крыш. Это можно понять — когда я

делюсь с другим человеком самым дорогим, что у меня есть, я рискую

столкнуться с непониманием и неуважением к тому, что для меня свя-

то. Конечно, это весьма болезненно, и очень хочется от этого уйти. Но

мне кажется, что было бы неправильно выдавать неумение «дать от-

чет»  и  страх перед  возможной  эмоциональной  травмой  за какое-то

5 особенно глубокое благоговение. Господь обращается к нам с ясным

повелением:

Что  говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо

слышите, проповедуйте на кровлях (Мф. 10:27).

Я думаю, будет хорошо приложить все старания к тому, чтобы как

можно яснее осознать как надежду, которую нам дает Господь, так и

обязанности, которые Он на нас возлагает. Мне кажется, что будет не-

правильно  довольствоваться  какими-то  смутными  и  невнятными

представлениями в таких важных вопросах, как вопросы нашей наде-

жды и нашей ответственности.

Эта книга являет собой попытку исследовать Апостольское бла-

говестие так, как оно представлено в Священном Писании. Я должен

сразу сказать, что у меня нет ни священного сана, ни систематическо-

го богословского образования. И если кто-нибудь спросит у меня, а

кто я, собственно, такой, чтобы рассуждать о столь важных вопросах,

я сразу отвечу: никто. Я искал ответ на вопрос об уверенности в спа-

сении не потому, что имел на это право или хорошо в этом разбира-

юсь, а потому, что мне было совершенно необходимо найти ответ.

После тщательного, насколько это было для меня возможно, ис-

следования Писания я пришел к выводу, что уверенность в спасении

возможна. Мне хочется сразу сказать несколько слов тем из моих чи-

тателей, кто считает, что такая позиция неправославна.

Никакого четко сформулированного и общеобязательного учения

о спасении в Православной Церкви нет. Одно из важных достоинств

Православия в том и состоит, что внутри четко определенных вселен-

скими соборами догматических рамок существует определенное про-

странство для разномыслий, которым, по слову Апостола, «надлежит

быть» (1 Кор. 11:19). Попытки  сформулировать  такое  учение  пред-

принимались (напр., в книге митр. Сергия Старгородского «Право-

славное учение о спасении»), но статуса каких-то общеобязательных

догматических установлений они никогда не имели. Хотя у многих

святых отцов можно найти высказывания, из которых явствует, что

они считали уверенность в спасении невозможной, есть причина, ко-

торая не позволяет  считать  такую уверенность  ересью. Эта причи-

на — та уверенность в спасении, которую высказывали Апостолы:

Но мы веруем, что благодатию Господа Иисуса Христа спасем-

ся, как и они (Деян. 15:11).

Имею желание  разрешиться  и  быть  со Христом, потому что

это несравненно лучше (Флп. 1:23).

6 А теперь готовится мне венец правды, который даст мне Гос-

подь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем,

возлюбившим явление Его (2 Тим. 4:8).

И избавит меня Господь от всякого  злого дела и сохранит для

Своего  Небесного  Царства;  Ему  слава  во  веки  веков.  Аминь

(2 Тим. 4:18).

Возлюбленные!  мы теперь  дети Божии;  но  еще  не  открылось,

что будем. Знаем только, что, когда откроется, будем подобны

Ему, потому что увидим Его, как Он есть (1 Ин. 3:2).

Если Апостолы — не еретики, то уверенность в спасении — не

ересь. Объясню, почему я считаю нужным придерживаться такой по-

зиции и отстаивать ее.

Во-первых, цель жизни христианина состоит в прославлении Бо-

га: мы призваны во всей полноте признавать Его милосердие, вер-

ность  и  всемогущество  и  открыто  «возвещать  совершенства

Призвавшего нас из тьмы в чудный Свой свет» (1 Петр. 2:9). Уверен-

ность в спасении существует не для нашего психологического ком-

форта,  но «дабы  во  всем  прославлялся  Бог  через  Иисуса  Христа,

Которому слава и держава во веки веков. Аминь» (1 Петр. 4:11). На

мой взгляд, сказать «Я уповаю на Христа и при этом не уверен в сво-

ем спасении» — значит подать повод говорить о Христе как о ком-то

сомнительном и ненадежном.

Во-вторых,  насколько  я  понимаю,  Апостолы  проповедовали

именно уверенность в спасении. Человек, который говорит «желаю

разрешиться  и  быть  со  Христом,  ибо  это  несравненно  лучше»

(Флп. 1:23), определенно был уверен в спасении; и я не впаду в ересь,

если последую ему. Конечно, возможно, что я абсолютно неправильно

истолковал Писание; ну что ж, в таком случае это легко можно будет

опровергнуть, представив другое, правильное толкование.

В-третьих, у меня есть определенная личная причина: если един-

ственно верным является такое представление о спасении, когда даже

благочестивейший  подвижник  говорит «куда  ввергнут  сатану,  туда

ввергнут и меня», то у меня нет вовсе никакой надежды. Куда же тогда

ввергнут меня?  Ведь  я  далек  от  таких  подвигов  благочестия. Если

спасение человека определяется его личными подвигами и добрыми

делами, то я обречен, ибо не имею ни того, ни другого.

В-четвертых, неуверенность в спасении весьма сильно подрывает

миссионерские возможности Церкви — ибо как же мы можем возве-

щать кому-либо спасение, если сами в нем не уверены? Как можем мы

говорить кому-то «веруй — и спасешься», если сами веруем и не зна-

ем, спасемся или нет? Приведу пример: как-то, когда я еще не был

7 уверен в  спасении, я беседовал  с одним неверующим человеком, и

привел ему слова Писания «Ибо всякий, кто призовет имя Господне,

спасется» (Рим. 10:13). «Ну и как, — поинтересовался он, — ты при-

звал имя Господне?» «Да, — ответил я, — призвал и продолжаю при-

зывать». «Ну и как, ты спасся?» — задал он вопрос и, надо сказать,

поставил меня в тупик. Если я не уверен, что это правда по отноше-

нию ко мне, то как я могу проповедовать это другим?

В-пятых,  иногда  такая  неуверенность может  ослаблять  нравст-

венную волю — ибо нет разницы между тем, кто пребывает в вере и

благочестии,  и  тем,  кто  пребывает  в  нечестии  и  противлении:  оба

одинаково не могут быть уверены в спасении. Ты тут подвизаешься в

тщетной надежде, а потом «куда ввергнут сатану, туда ввергнут и те-

бя». Зачем тогда вообще зря себя мучить, если Бог тебя все равно от-

вергает?

Писание, насколько я понимаю, говорит о вере как о таких отно-

шениях с Богом, которые, с одной стороны, делают человека причаст-

ником твердо известных благ, а с другой стороны, налагают на него

твердо известные обязательства. Христианская этика не существует

отдельно от христианской надежды. Если запрещать человеку верить

в то, что он — наследник Царства, то как можно требовать от него,

чтобы он вел себя, как наследник Царства?

Мне неоднократно доводилось беседовать с людьми, на которых ни

малейшего  впечатления не производили предостережения Апостола о

том, что «поступающие так царства Божия не наследуют». Не произво-

дили потому, что эти люди (ну конечно же, по причине великого смирен-

номудрия)  и  не  считали  себя  наследниками Царства.  Кто  не  считает

небесное наследие своим, тот и не боится его лишиться. Такой подход к

спасению, который всем дает надежду и никому не дает уверенности,

часто приводит к тому, что люди заявляют о своей православной вере,

продолжая с полным пренебрежением относиться к тем нравственным

и вероисповедным обязательствам, которые она налагает. Нет обето-

ваний —  нет  и  обязательств.  Смутно-неопределенная  надежда «на

милость Божию» не дает никаких гарантий, зато и не налагает ника-

ких обязательств. Цель этой книги — по возможности устранить та-

кую неопределенность.

Главный источник, на  который опираются рассуждения, приве-

денные в этой книге, — Священное Писание.

Ибо никакая Божественная и святая тайна веры никак не должна

быть  сообщена  без Божественного Писания;  ниже  основываема

на одном вероятии и отборных словах; даже не верь ты и мне, ко-

гда  я просто  говорю  тебе о Нем;  если на слова мои не будешь

иметь доказательства из Божественного Писания. Ибо спасающая

8 нас  сила  веры  зависит не от  выбора слов, но от доказательства

Божественными Писаниями (св. Кирилл Иерусалимский. Огласи-

тельные поучения. Поучение четвертое, 17).

В самом деле, человек, который дает отчет в своем уповании и

говорит  о  недоступных  наблюдению  духовных  реальностях,  всегда

должен быть готов ответить на вопрос: «А на чем, собственно, осно-

ваны Ваши утверждения?» По мнению св. Кирилла и многих других

святых отцов, твердые основания учения, в котором мы наставлены,

находятся именно в Священном Писании. Св. Амвросий Медиолан-

ский пишет:

О Боге должны мы рассуждать по собственным Его изречениям, а

не по чужим (О покаянии, гл. 5).

Св.Василий Великий в своих «Правилах благочестивой жизни»

наставляет:

Всякое  слово или дело должно подтверждать свидетельством бого-

духновенного  Писания,  в  подкрепление  добрых  и  ниспровержение

злых.(Правило 26)

Всякое  слово  Господне  должно  принимать  с  полной  несомненно-

стью(прав.12:1)

Слушатели, наставленные в Писании, должны вникать, что говорят

учащие, и согласное с Писанием принимать, и несогласное отметать, и тех,

которые держаться учений, несогласных с Писанием, всячески отвращать-

ся.(Прав.72)

Все то, чего нет в богодухновенном Писании, будучи "не по ве-

ре", есть грех(Прав.80:22)

Сам Господь проводит четкую грань между Его словом и челове-

ческими словами, на какой бы мистический опыт люди при этом ни

ссылались:

Пророк, который видел сон, пусть и рассказывает его, как сон; а

у которого Мое слово, тот пусть говорит слово Мое верно. Что

общего у мякины с чистым зерном? говорит Господь. Слово Мое

не подобно ли огню, говорит Господь, и не подобно ли молоту,

разбивающему скалу? (Иер. 23:28-29).

Конечно, слово Божие должно интерпретироваться в рамках цер-

ковной  традиции;  соборный опыт Церкви должен быть  защитой от

произвольных и ошибочных толкований. Мне хотелось бы отметить в

связи с этим два важных момента.

Первое. В рамках церковной традиции признанные святые отцы и

учители Церкви  придерживались  различных мнений по некоторым

вопросам. Например, между тем же св. Кириллом Иерусалимским и

9 блаженным Августином можно обнаружить очень серьезные расхож-

дения по вопросу о  соотношении  свободы и благодати. У Антония

Великого есть утверждения, которые Отцами II Аравсийского собора

рассматривались  как  ошибочные.  Иногда (это  особенно  видно  на

примере бл. Августина, который сам об этом говорит) взгляды того

или иного учителя Церкви менялись со временем. Существуют вопро-

сы (например, о божестве Христа и о Троице), которые четко опреде-

лены  и  соборными  постановлениями,  и  общим  согласием  святых

отцов; существуют также вопросы, по которым церковная традиция

допускает серьезные разномыслия, не объявляя ни то, ни другое мне-

ние еретическим. Рамки церковной традиции — четкие, но более ши-

рокие,  чем  людям иногда  кажется;  предание Церкви —  это  скорее,

живое, многоветвистое дерево (Мф.13:32), чем бетонная  свая. Есть

вопросы, в которых совесть отдельного христианина не связана ни со-

борными постановлениями — потому, что по этим вопросам их нет,

ни общим мнением Отцов — потому, что они по этим вопросам при-

держивались разных мнений.

Второе. Господь говорит, что ссылки на Предание ни в коем слу-

чае не должны использоваться для того, чтобы отвергать или игнори-

ровать  слово  Божие (Мф. 15:1-9). Насколько  я  понимаю Его  слова,

там, где я вижу явное противоречие между тем, что говорит Писание,

и тем, что утверждается от имени Предания, я должен сначала поста-

раться выяснить, допускает ли Писание такое истолкование, при кото-

ром это противоречие было бы устранено. Если же преодолеть такое

противоречие не удается, остается только предпочесть слово Божие

любым другим словам. Библия проводит четкую грань между Преда-

нием Апостольским, в отношении которого нам велено «стоять и дер-

жать» (2 Фес. 2:15),  и «преданиями  человеческими»  или  даже

«негодными и бабьими баснями», которых нам те же Апостолы пове-

левают остерегаться (Кол. 2:8) и отвращаться (1 Тим. 4:7).

В этой книге я много говорю от первого лица и вообще, может

быть, слишком часто использую последнюю букву алфавита. Делаю я

это по  следующей причине. Люди,  которым  я давал рукопись  этой

книги, отметили, что местами она звучала несколько категорично и

безапелляционно (чего я сам никак не хотел) и посоветовали говорить,

например,  не «очевидно,  что»,  а «мне  представляется  очевидным,

что», давая понять читателю, что я рассказываю о своем личном упо-

вании, а не пытаюсь навязать собственную богословскую позицию в

качестве единственно верной и возможной.

Сделав такие предварительные замечания, перейдем к существу

вопроса.

10

ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ

Цель Бога в нашем спасении — соделать нас «подобными образу

Сына Его» (Рим. 8:29; 1 Ин. 2:3), чтобы мы, став участниками в свято-

сти Его (Евр. 12:10), были приняты в Его славу (Ин. 17:24; Пс. 72:24).

Уверенность  в личном  спасении —  это уверенность в  том, что Бог

достигнет этой цели в отношении меня лично. Такая уверенность ни-

коим образом не является некоей «страховкой», которую можно было

бы положить в ящик стола и не вспоминать о ней до дня страшного

Суда,  когда она понадобится. Уверенность христианина в спасении

подобна уверенности воина в победе или уверенности путешествен-

ника в благополучном возвращении домой. Уверенность в победе не

отменяет  необходимости  сражаться;  уверенность  в  благополучном

возвращении не отменяет необходимости идти. Так и уверенность в

спасении не отменяет необходимости «подвизаться против греха». Эта

уверенность не означает, что можно пренебречь личным благочести-

ем, общением с Церковью в таинствах и всеми теми средствами ду-

ховного укрепления и возрастания, которые Бог предлагает в Церкви.

Уверенный в победе воин отнюдь не станет пренебрегать необходи-

мым  для  победы  оружием,  снаряжением  и  питанием;  уверенный  в

возвращении  путник  будет  тщательно  сверять  свой  путь  с  картой.

Приведем пример: Бог твердо обещает Иакову Свое покровительство

и  защиту (Быт. 28:13-15). Делает  ли  это Иакова  беспечным?  Вовсе

нет! В опасности он обращается к Богу с горячей молитвой (Быт. 32:9-

12)  и  предпринимает  благоразумные  меры,  чтобы  избежать  беды

(Быт. 32:13-21).

Так же и в 1-ой книге Царств (23:4) Бог обещает Давиду победу

над филистимлянами; это слово Божие, и оно не может быть наруше-

но; однако Давид от этого не только не впадает в леность и беспеч-

ность,  но  идет  на  врагов  и  наносит  им,  по  слову  Господню,

поражение. Так уверенность в благополучном исходе не только не де-

лает людей ленивыми или беспечными, но, напротив, побуждает их к

большему усердию.

Это особенно важно отметить в связи с тем, что у людей нередко

возникает искаженное представление об уверенности как об умона-

строении, располагающем к лености и беспечности. Писание говорит,

11 12  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

что это не так – едва ли мы можем найти более ревностного христиа-

нина,  чем Апостол Павел, который  ясно выражал выражал уверен-

ность в  своем личном  спасении (напр. 2 Тим.4:18). На мой взгляд,

напротив, именно неуверенность препятствует христианскому служе-

нию – можно ли ожидать усердия от работников, которые вообще не

уверены в том, что они приняты на работу?

Но  позволительно  ли  христианину  иметь  уверенность  в  своем

вечном  спасении? «Уверенный»  скажет, что не  только можно, но и

должно — ибо немыслимо допустить, чтобы Господь Иисус предал на

погибель  тех, кто доверился Ему и последовал  за Ним. «Неуверен-

ный» возразит на это, что Христос, конечно, верен, но сам верующий

не может быть уверен в своей вере и твердости. На это «уверенный»

скажет, что сама вера и твердость — Божий дар, а не человеческое

достижение, так что Христос силен сохранить в вере и послушании

тех, кто доверился Ему (Ин. 10:28). Уверенность в спасении опирается

прежде всего не на те или иные богословские построения, а на лич-

ность Христа: это не уверенность в той или иной богословской док-

трине, а уверенность в верности и всемогуществе Бога:

На Тебя, Господи, уповаю; да не постыжусь вовек (Пс. 70:1).

Вообще, насколько я понимаю, суть разногласий вокруг уверен-

ности сводится к тому, в ком, собственно, мы полагаем свою уверен-

ность.

Когда  раньше  я  видел  в  уверенности  в  спасении «самонадеян-

ность», я тем самым, незаметно для себя самого исходил из того, что

вечное спасение человека — дело его собственных достоинств, и, та-

ким образом, «уверенный», по тогдашнему моему мнению, слишком

высоко думает о себе и своих добродетелях. Падший человек — та-

кой, как я, Вы или любой другой из потомков Адама — настолько глу-

боко  уверен,  что «добьемся  мы  освобожденья  своею  собственной

рукой», что может постоянно, и с большим чувством, говорить о сво-

ем уповании на Христа, в то время как на самом деле он полагается на

себя, свои покаянные подвиги, свои добродетели и благочестие. Чело-

век вновь и вновь склонен сползать к упованию на себя, отводя Хри-

сту в лучшем случае место «подвигоположника», образца и, в какой-

то  мере,  помощника  в  спасении,  которое  человек  совершает  сам,

своими личными усилиями. Именно здесь лежит причина еще одной

трудности,  связанной  с  уверенность  в  спасении – представления  о

том, что такая уверенность противна христианскому смирению.  Как

это не парадоксально, но именно горделивое представление о себе как

о своем собственном спасителе, или, по крайней мере, со-спасителе,

побуждало меня «смиренно» отвергать уверенность в спасении.

ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ  13

Апостол Павел предостерегает нас от «самовольного смиренно-

мудрия»(Кол.2:18), когда слово Божие отвергается под предлогом ка-

кого-то особенно глубокого смирения.  Подлинное смирение как раз и

означает послушание Богу – если Господу угодно даровать нам обето-

вания вечного спасения, мы должны с благоговением их принять и не

пытаться быть смиреннее святых Апостолов.

Корни спора об уверенности, на мой взгляд, лежат в конфликте

между пониманием спасения как (полностью или частично) человече-

ского достижения, с одной стороны, и пониманием его как Божьего

дара —  с  другой. Суть  этого  конфликта  ясно  выражает  блаженный

Августин:

чтобы они (верующие) не придерживались мнения поэтов, кото-

рое  говорит «Каждый —  надежда  для  себя  самого» (Вергилий.

Энеида, кн. 11, ст. 309); а прибегли бы к  тому, что не поэты, а

пророки  сказали «Проклят  всякий,  надеющийся  на  человека»

(Иер. 17, 5) (О предопределении святых, 2).

Вопрос о спасении — это не вопрос о том, способен ли я спа-

стись, а вопрос о том, способен ли Христос меня спасти.

Но прежде всего, конечно, мы должны выяснить, что по этому

вопросу говорит слово Божие — ибо все остальные доводы потеряют

всякую силу, если выяснится, что Писание учит другому. Поэтому я

приглашаю читателя вместе исследовать этот вопрос с Библией в ру-

ках, чтобы постараться разобраться, что об уверенности в спасении

говорят апостолы и пророки.

ЧЕЛОВЕКАМ ЭТО НЕВОЗМОЖНО

Одна из возможных причин неуверенности в спасении, насколько

я понимаю, — недооценка серьезности греха. Это может показаться

парадоксальным, но это так. Приведем пример: допустим, для того,

чтобы спастись от смерти, я должен заплатить 100 000 рублей. Это

большая сумма, но, в принципе, я могу надеяться ее собрать — я про-

дам все свое имущество, буду тяжело работать 24 часа в сутки, буду

со слезами умолять родственников и знакомых помочь мне, и в конце

концов — кто знает — может быть, и наберу, сколько требуется. Пока

я буду на это надеяться, я буду пропускать мимо ушей — как явно

фантастические — утверждения о том, что некий благодетель готов

выплатить  за меня всю сумму сразу. Я буду видеть в этом какой-то

подвох и обман. Более того, я буду с раздражением отвергать эту «бла-

гую весть» и видеть в ней опасный соблазн из-за того, что она может

ослабить мою решимость добиваться спасения напряженными лич-

ными усилиями. Поскольку я буду считать, что мое спасение — это

вопрос моего личного подвига, я, конечно, не смогу быть в нем уве-

рен.

Теперь представим себе, что, оказывается, мне необходима сумма

не в сто тысяч, а в сто миллиардов рублей. Поскольку я очевидно не в

состоянии их собрать, все, что мне остается — сдаться и положиться

на обещание моего благодетеля. В этом случае моя уверенность в спа-

сении будет основана на верности того, кто обещал — и, если я счи-

таю его заслуживающим доверия, я вполне могу быть уверен.

Пока я сохраняю хоть какую-то надежду на себя, я не могу прий-

ти к подлинному упованию на Иисуса Христа. Господь, как говорится

в прекрасной церковной молитве, есть «Помощь беспомощным, На-

дежда безнадежным». Он не спасает тех, кто и сам силен себя спасать.

Поэтому здесь мы рассмотрим, как слово Божие указывает нам на на-

шу беспомощность и безнадежность, уничтожая все наши притязания

на то, чтобы спасать самих себя.

Священное Писание, как и все учение Церкви, указывает на то,

что человеческая природа была глубоко повреждена и изуродована в

результате того, что человечество, в лице Адама, противопоставило

себя Богу. Первородный грех — не просто событие, имевшее место в

14 ЧЕЛОВЕКАМ ЭТО НЕВОЗМОЖНО  15

прошлом, но продолжающееся состояние упорного противления Соз-

дателю, в которое вовлечены все потомки Адама. Блаженный Авгу-

стин  описывает  катастрофу,  постигшую  человеческий  род,

следующими словами:

Пользуясь свободой самоопределения ко злу, человек погубил и

себя и свободу. Как, если кто убивает себя, то непременно убива-

ет, будучи живым, а после самоубийства уже не живет, и, когда

убьет  себя,  уже  не  будет  в  состоянии  снова  возвратить  себя  к

жизни, так и когда грех совершился по свободному определению

воли, то с победою греха утеряна была и свобода. Ибо, кто кем

побежден, тот тому и раб (2 Петр. 2:19) (Энхиридион, гл. 30).

Итак, человек смог разрушить себя, но восстановить себя уже не

может. Библия описывает состояние падшего человека весьма мрач-

ными красками:

Лукаво сердце человеческое более всего и крайне испорчено; кто

узнает его? (Иер. 17:9)

Ибо  извнутрь,  из  сердца  человеческого  исходят  злые  помыслы,

прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, зло-

ба,  коварство,  непотребство,  завистливое  око,  богохульство,

гордость, безумство. Все это зло извнутрь исходит и оскверня-

ет человека (Мк. 7:21-23).

…как Иудеи, так и Эллины, все под грехом, как написано: «нет

праведного ни одного; нет разумевающего; никто не ищет Бога;

все совратились с пути, до одного негодны: нет делающего доб-

ро, нет ни одного». «Гортань их — открытый гроб; языком сво-

им  обманывают;  яд  аспидов  на  губах  их». «Уста  их  полны

злословия и  горечи». «Ноги их быстры на пролитие крови; раз-

рушение и пагуба на путях их; они не знают пути мира». «Нет

страха Божия перед глазами их» (Рим. 3:9-19).

Ап. Павел подчеркивает, что до того, как Бог спас уверовавших, в

них не было решительно ничего доброго:

И вас, мертвых по преступлениям и грехам вашим, в которых вы

некогда жили по обычаю мира сего, по воле князя, господствую-

щего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления,

между  которыми  и мы  все жили  некогда  по  нашим  плотским

своим похотям, исполняя желания плоти и помыслов, и были по

природе чадами гнева, как и прочие…(Еф. 2:1-3).

Ибо и мы были некогда несмысленны, непокорны, заблудшие, бы-

ли рабы похотей и различных удовольствий, жили в злобе и за-

висти, были гнусны, ненавидели друг друга… (Тит. 3:3).

16  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

Может показаться, что Апостол сгущает краски. Это не так, если

мы вспомним, что в очах всесвятого Бога любое проявление ненавис-

ти и презрения к ближнему приравнивает нас к убийцам (Мф. 5:21-22;

1 Ин. 3:15),  а  циничные  мысли —  к  прелюбодеям (Мф. 5:28).  Сам

Господь говорит, что мы побеждены грехом и являемся рабами греха

(Ин 8:34, см. также 2 Петр. 2:19, Тит. 3:3). Он также говорит, что при-

шел взыскать и спасти погибшее (Лк. 19:10), признает неуверовавших

духовно мертвыми (Лк. 9:60, см. также Еф. 2:5; Кол. 2:13), говорит как

об  очевидном  факте,  что  в  силу  нашей  падшей  природы  мы  злы

(Лк. 11:13).

Когда Господа спросили, кто же может спастись, Он ответил:

Человекам это невозможно, но не Богу; ибо все возможно Богу

(Мк. 10:27).

Это звучит как окончательный приговор всем попыткам падшего

человека спасти себя самого: человекам это невозможно. Но, может

быть, эти слова надо понимать в смысле относительной невозможно-

сти: человеческие усилия бесплодны сами по себе, без помощи Божи-

ей,  а  вот  при  поддержке  со  стороны  благодати  человек  может  и

должен совершить свое спасение личными усилиями? Но ведь прямой

смысл слов Господа вполне ясен: человекам это невозможно. Господь

не говорит «невозможно без помощи Божией», но просто «невозмож-

но». Он не говорит «Богу это возможно при условии человеческого

содействия», но просто «все возможно Богу». В этом речении нашего

Господа спасение как плод человеческих усилий и спасение как дея-

ние всемогущества Божия не дополняют друг друга, но противопос-

тавляются друг другу. Не «и то, и другое», но «или то, или другое». Ту

же мысль выражает и Апостол Павел:

Не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милую-

щего (Рим. 9:16).

Блаженный  Августин (Энхиридион  гл. 32)  подчеркивает,  что  в

этих словах Апостола речь не может идти о том, что и Бог и человек

вносят свой вклад в спасение. Напротив, Писание здесь в очередной

раз указывает на полную беспомощность падшего человека и на то,

что спасение есть дело только милости Божией.

Никто не спасается иначе, как по незаслуженной милости (Авгу-

стин. Энхиридион, гл. 94).

Разрушенный и порабощенный грехом человек решительно ниче-

го не может сделать для своего спасения:

Что доброго сделает погибший, прежде чем будет несколько ос-

вобожден от погибели? (Августин. Энхиридион, гл. 30).

ЧЕЛОВЕКАМ ЭТО НЕВОЗМОЖНО  17

Отцы II Аравсийского собора (529 г.) утверждали принцип Sola

Gratia — (спасение) только милостью Божией — как исконную веру

Церкви.

Никто не спасается, кроме как по милости Божией (Канон 19).

Заключение деяний II Аравсийского собора, составленное Цеза-

рием, епископом Арелатским, гласит:

Итак, согласно вышеизложенным речениям Священного Писания

и определениям древних Отцов, по милости Божией должны мы

проповедовать и веровать в то, что через грех первого человека

так поникла и изнемогла свобода воли, что никто впоследствии

или Бога любить, как нужно, или в Бога верить или творить добро

ради Бога не может, если не предварит благодать божественного

милосердия.

Человек не может прийти к Богу (и оставаться с Ним) по своей

воле именно потому, что  как  раз  воля-то и поражена первородным

грехом. Это как если бы мы посоветовали человеку с переломанными

ногами прийти в больницу, чтобы ему там их вылечили. Он не может

прийти за помощью по той же самой причине, по которой он в ней

нуждается.

Несмотря  на  то,  что  таково  ясное  соборное  учение  Церкви,

доктрина о полной беспомощности падшего человека и о спасении

только милостью  Божией  вызывала — и  продолжает  вызывать —

сильное сопротивление. На мой взгляд, это неудивительно, ибо это

учение поражает не листья, но самый корень человеческого проти-

востояния  Богу —  притязание  падшего  человека  на  самодостаточ-

ность.  Неверующие  люди  обычно  склонны  энергично  отрицать

реальность первородного греха, а многие христиане — преуменьшать

его значение. Неверующие говорят, что учение о полной нравственной

беспомощности  человека  подрывает желание  и  способность  людей

добиваться социального и морального прогресса; многие христиане

опасаются,  что  это  учение  ослабляет  чувство  ответственности  и,

опять же, подрывает стремление верующих к духовно-нравственному

совершенству.

Внутри Церкви тенденция к отрицанию первородного греха наи-

более ярко проявилась в учении ересиарха V века Пелагия, который

учил, что человек может и должен достичь спасения своими личными

усилиями.

Как неверующие, так и пелагиане считают, что учение о перво-

родном грехе мешает человеку спасать (в светском или религиозном

смысле) самого себя.

18  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

Нам будет легче разобраться в этом вопросе, если мы вспомним,

что из себя представляет первородный грех. Грех — это человеческая

попытка обрести все необходимое вне и помимо Бога, в самом себе

или в тварном мире, который человек думает подчинить своему гос-

подству. Пелагианство как учение о самоспасении — не просто бого-

словское  заблуждение,  но  неизбежное  порождение  нашей  падшей

природы.  Падший  человек —  стихийный  пелагианин.  Спросите  у

первого встречного, и он ответит Вам, что спасение зарабатывается

хорошим поведением и что человек (особенно такой хороший, как я),

в принципе, способен его заработать.

Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нуж-

ды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и

наг (Откр. 3:17).

Все  мы  с  великим  упорством  склонны  отрицать  свою  полную

нищету и беспомощность, свою отчаянную нужду, и приписывать се-

бе некие  заслуги, достоинства и  добродетели, которые должны по-

служить  нашим  вкладом  в  спасение.  Бл.  Августин,  вслед  за

Апостолами, восстает против такой иллюзии:

Все,  что  имеем  доброе, малое  или  великое, Твой дар, наше же

только зло («Цветы благодатной жизни», стр. 114).

Отцы II Аравсийского собора выражаются еще более категорич-

но:

Никто не имеет ничего своего, кроме обмана и греха (Канон 22).

О том же говорит и Павел:

Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хва-

лишься, как будто не получил? (1 Кор. 4:7).

Ибо кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничто, тот оболь-

щает сам себя (Гал. 6:3).

Блаженный Августин не смиренничает, а констатирует факт, когда

говорит:

Исповедую  пред  Тобою,  что  я  не  что  иное,  как  всякая  суета  и

смертная тень, и некая мрачная пропасть и сухая земля, которая

без Твоего благословения ничего не произращает и плода не при-

носит, но только посрамление, грех и смерть. Если я когда-либо

имел  какое-нибудь  доброе  дело,  то принял  его от Тебя; что ни

имею доброе, Твое и от Тебя получил. Если я стоял, Тобою стоял;

но когда падал, падал собой: я бы всегда в грязи валялся, если бы

Ты меня не восстановил; всегда был бы слеп, если бы ты не про-

светил меня… Если бы Ты не предохранял меня, я бы все грехи

ЧЕЛОВЕКАМ ЭТО НЕВОЗМОЖНО  19

сделал. Но в чем я не согрешил, то Ты так сотворил; от чего воз-

держался, Ты повелел, и что я в Тебя верую, это Ты в меня вселил

(«Цветы благодатной жизни», стр. 115-116).

Итак, любое нравственное благо, проявляется ли оно в христиа-

нах или в нехристианах, есть дар Божий, а не человеческое достиже-

ние. Соломон молится:

возбуди сострадание к ним в пленивших их, чтобы они были ми-

лостивы к ним (3 Цар. 8:50).

См. также Пс. 105:46, 2 Пар. 30:9, а Ездра говорит:

Благословен Господь, Бог отцов наших, вложивший в сердце ца-

ря —  украсить  дом  Господень,  который  в Иерусалиме,  и  скло-

нивший  на  меня  милость  царя  и  советников  его,  и  всех

могущественных князей царя! (1 Езд. 7:27-28).

См.  также Езд. 9:9, Неем. 1:11, Тов. 1:13. Писание  говорит, что

именно Бог пробуждает в людях милость и сострадание; когда же Он

оставляет людей на самих себя, они неизбежно приходят к ужасаю-

щему нравственному распаду:

И как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог

превратному уму — делать непотребства (Рим.1:28).

В предыдущих стихах апостол дважды утверждает, что «предал

их Бог постыдным страстям». Это трудно понять иначе, как то, что,

будучи оставлены Богом и предоставлены самим себе, люди впадают

во всякое зло и безумие — впадают с такой неизбежностью, что мож-

но сказать не «предоставил Бог им самим выбирать», но «предал их

Бог [их собственным] постыдным страстям». Тот уровень нравствен-

ности, который существовал среди язычников, поддерживался благо-

датью  Божией;  когда  Бог  ослабил  Свой  покров,  от «римских

добродетелей» ничего не осталось. Тот же смысл имеют слова Госпо-

да «я  ожесточу  сердце  фараона» (Исх. 9:16;  Рим. 9:17):  оставить

грешника на него  самого  значит ожесточить его. Итак, именно Бог

есть Тот, Кто сохраняет христиан в вере и благочестии, а всех вообще

людей — на определенном уровне нравственности, который позволяет

обществу существовать. Ибо зачем же мы молимся о мире и процве-

тании нашей страны, когда то и другое зависит от доброй воли людей,

по большей части неверующих, если и в неверующих добрая воля не

является  даром  Божиим?  Зачем  же  Апостол  называет  начальника

«Божиим  слугой»,  а  гражданскую  власть «Божиим  установлением»

(Рим. 13:1-6), если способность поддерживать порядок и справедли-

вость присуща людям самим по себе, а не является даром благодати

20  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

Божией? Писание также вполне прямо говорит, что мир и справедли-

вость в обществе — это дар Божий:

Мною [премудростью  Божией]  цари  царствуют  и  повелители

узаконяют правду. Мною начальствуют начальники и вельможи

и все судьи земли (Притч. 8:15-16).

Было бы греховной неблагодарностью отрицать, что многие не-

христиане могут  быть  высоконравственными  людьми  и  совершать,

несомненно, достойные всякого уважения дела справедливости и ми-

лосердия. Однако это свидетельствует не о том, что человек сам по

себе, без Бога, сохраняет способность к нравственному добру, а о том,

что Бог может являть Свою благодать и в тех, кто не знает Его (см.,

напр., Ис. 45:5). И махатма Ганди, и мать Тереза творили добро по

благодати Божией; только мать Тереза признавала это, а махатма Ган-

ди — нет.

Итак, не  существует никакого  блага,  которое  было  бы «нашим

собственным» и которое мы могли бы предъявить Богу как «наш соб-

ственный вклад в спасение»:

Не  обманывайтесь,  братия  мои  возлюбленные.  Всякое  даяние

доброе  и  всякий  дар  совершенный  нисходит  свыше,  от  Отца

светов,  у  Которого  нет  изменения  и  ни  тени  перемены

(Иак. 1:16-17).

Писание ясно  запрещает связывать надежду нашего спасения с

чем-либо в нас самих:

Так говорит Господь: проклят человек, который надеется на че-

ловека и плоть делает своею опорою (Иер. 17:5).

Августин подчеркивает, что это проклятие относится к человеку,

который надеется на себя (Энхиридион, гл. 114). Если в каком-то ас-

пекте своего спасения я в какой-либо мере надеюсь на себя и свои

собственные деяния, то я навлекаю на себя это проклятие. Сразу же

после  этого  проклятия  пророк произносит  благословение  тому,  кто

надеется на Господа (Иер. 17:7). Невозможно как-то совмещать про-

клятие  и  благословение;  приписывать  свое  спасение  одновременно

милости Божией и своим личным усилиям. Надеяться на Господа —

значит ни в какой мере не надеяться на себя. Ибо Он сам говорит:

Я, Я Господь, и нет Спасителя кроме Меня (Ис. 43:11).

А если я говорю или хотя бы подразумеваю, что это мои личные

нравственные усилия вводят меня в Царство Божие, то я уже не спа-

саемый, а свой собственный спаситель. Уж не хочешь ли ты сказать,

может возмутиться читатель, что путь спасения состоит в том, чтобы

ЧЕЛОВЕКАМ ЭТО НЕВОЗМОЖНО  21

уповать на милость Божию, возлежа на диване? Никоим образом! И

пелагианин, и тот, кто совершенно уповает на подаваемую ему благо-

дать (1 Петр. 1:13), «со страхом и трепетом совершает свое спасение».

Но пелагианин приписывает, полностью или частично, свою веру и

послушание  самому  себе и поэтому никак не может быть уверен в

том, что благополучно доведет свою работу до конца. Тот же, кто от-

рекается от всякой надежды на себя и вверяет все свое спасение без

остатка в крепкие руки Божии, признает, что «со страхом и трепе-

том совершает свое спасение» потому и только потому, что «Бог про-

изводит [в  нем]  и  хотение  и  действие  по  Своему  благоволению»

(Флп. 2:12-13). Мы  трудимся  над  нашим  спасением  постольку,  по-

скольку Бог над ним трудится. А Он доведет свою работу до конца

(Флп. 1:6), ибо не для того искупил нас и призвал, чтобы бросить на

полдороге. Но об этом мы подробнее поговорим в дальнейшем, а сей-

час еще немного остановимся на катастрофических последствиях гре-

ха.

ВОЗМЕЗДИЕ ЗА ГРЕХ — СМЕРТЬ

Св. Писание постоянно говорит о том, что люди несут ответст-

венность  за свое поведение; человек является нравственно ответст-

венным  существом —  иначе  он  не  был  бы  и  человеком.  Бог

провозглашает Свой закон и возлагает на человека ответственность за

его выполнение.

Вот, я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие: благо-

словение, если послушаете  заповедей Господа, Бога вашего, ко-

торые я заповедую вам сегодня, а проклятие, если не послушаете

заповедей Господа, Бога вашего, и уклонитесь от пути, который

заповедую вам сегодня (Вт. 11:26-28).

Здесь, я думаю, будет уместно рассмотреть некоторые затрудне-

ния, которые могут возникнуть в вопросе о том, как порабощенность

человека грехом соотносится с его свободной волей и нравственной

ответственностью. Бог обращается к человеку как нравственно ответ-

ственному существу. Это предполагает, что у человека есть реальный

выбор. Зачем говорить человеку «избери жизнь», если он в принципе

не может этого сделать? За что вообще может отвечать тот, кто утра-

тил свободу?

Эти недоумения вызваны путаницей между различными понима-

ниями  свободы. В  обычном  нашем  понимании  свобода —  это  воз-

можность  делать,  что  хочешь.  Такую  свободу  человек  никогда  не

терял — она ограничена нашей слабостью и смертностью, но не уте-

ряна. В библейском понимании свобода — это свобода желать то, что

угодно Богу и соответствует подлинному благу и предназначению че-

ловека,  свобода  от  греха,  свобода  для  праведности (см.,  напр.,

Рим. 6:20-22). Эта свобода и была утеряна в грехопадении. Падший

человек делает то, что хочет, — но вот хочет он того, что неугодно Бо-

гу и губительно для него самого. Приведу пример. Речевой аппарат

богохульника устроен точно так же, как речевой аппарат благоговей-

ного молитвенника. Нет никакой внешней преграды, которая помеша-

ла  бы  ему  прекратить  богохульствовать  и  начать  молиться.  Он

богохульствует потому, что сам этого хочет и сам свободно это изби-

рает. Когда падший человек грешит, он делает именно то, что сам хо-

чет  делать. У него  есть  свобода  выбора, — но  он  всегда  выбирает

22 ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  23

неправильно. Он мог бы избрать жизнь, если бы захотел, но без бла-

годати Божией он не способен захотеть этого. Порабощенность гре-

хом — это не внешняя скованность, а внутренняя испорченность, по

которой грешник сам «делает всякую нечистоту с ненасытимостью»

(Еф. 4:19) и, более того, видит в каждом, кто пытается его в этом ог-

раничить — будь то Бог или ближний, — смертельного врага, поку-

шающегося  на  его  свободу.  Поскольку  в  этом  случае  человек

действует свободно и охотно, без всякого внешнего принуждения, он

несет полную ответственность за свои действия, ответственность, ко-

торую налагает на него закон.

Закон Бога не является каким-то набором произвольных требова-

ний, которые можно было бы, из практических соображений, пере-

смотреть.  Нравственный  закон  отражает  святость  Бога  и  Его

требование святости в отношении Его творений, которые должны от-

ражать Его славу:

Ибо  написано: «будьте  святы,  потому  что  Я  свят»

(1 Петр. 1:16).

Мы не можем требовать, чтобы Бог сделал «скидку» ввиду нашей

падшей  природы;  нелепо  ожидать,  что  Бог  извратит Свою  правду,

чтобы приспособиться к нашей извращенности.

Он твердыня;  совершенны  дела Его,  и  все  пути Его  праведны.

Бог верен, и нет неправды (в Нем); Он праведен и истинен. Но

они развратились пред Ним, они не дети Его по своим порокам,

род строптивый и развращенный (Вт. 32:4-5).

Мы можем извратить себя, но не Бога, который всегда остается

Праведен в приговоре Своем и чист в суде Своем (Пс. 50:6).

Апостол Павел говорит, что грех делает нас не просто несчаст-

ными, но именно виновными:

Но мы  знаем, что  закон, если что  говорит, говорит к состоя-

щим  под  законом, так  что  заграждаются  всякие  уста, и  весь

мир становится виновен пред Богом (Рим. 3:19).

Ни один человек не может избежать ответственности за свои по-

ступки:

человекам положено однажды умереть, а потом суд (Евр. 9:27).

Который воздаст каждому по делам его: тем, которые посто-

янством в добром деле ищут славы, чести и бессмертия, жизнь

вечную; а тем, которые упорствуют и не покоряются истине,

но предаются неправде, ярость и гнев (Рим. 2:6-10).

24  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

Мы все предстанем перед судом. Подобно тому, как враг обманы-

вал прародителей, говоря «нет, не умрете» (Быт. 3:4), он обманывает и

современных людей, говоря, что суда и возмездия за грех не сущест-

вует. Как и во времена Иеремии, люди с раздражением воспринимают

любое напоминание о Божием суде над грехом (Иер. 26:11); как и то-

гда, охотно слушают лжепророков, которые говорят «мир будет у вас»

(Иер. 14:13-16).

Иногда мне доводится беседовать с людьми, которые с негодова-

нием отвергают ту мысль, что Бог может кого-то осудить и отверг-

нуть. Людям это кажется чуть ли не богохульством. Их негодование

выглядит таким возвышенным, таким благородным, что хочется к ним

присоединиться. Однако присоединиться к ним я не могу, когда пони-

маю, против Кого на самом деле они так благородно негодуют. Не кто

иной, как Сам Господь Иисус, сам Бог любви, пришедший во плоти,

весьма настойчиво предупреждал людей о реальности вечного осуж-

дения:

И если соблазняет тебя рука твоя, отсеки ее: лучше тебе увеч-

ному  войти  в жизнь,  нежели  с  двумя  руками  идти  в  геенну,  в

огонь неугасимый, где червь их не умирает, и огонь не угасает. И

если нога твоя соблазняет тебя, отсеки ее: лучше тебе войти в

жизнь хромому, нежели с двумя ногами быть ввержену в геенну,

в огонь неугасимый, где червь их не умирает, и огонь не угасает.

И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его: лучше тебе с од-

ним  глазом  войти  в Царствие Божие, нежели  с двумя  глазами

быть  ввержену  в  геенну  огненную,  где  червь  их  не  умирает,  и

огонь не угасает (Мк. 9:43-48).

Пошлет Сын Человеческий Ангелов Своих, и соберут из Царства

Его  все  соблазны и делающих беззаконие. И ввергнут их в печь

огненную; там будет плач и скрежет зубов (Мф. 13:41-42).

Тогда  скажет  и тем,  которые  по  левую  сторону: «идите  от

Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и анге-

лам его» (Мф. 25:41).

Но разве Бог не может просто простить грешников? Нет, не мо-

жет. Разве для Бога есть что-то невозможное? Для Него нет физиче-

ской невозможности — Он может создавать миры, творить чудеса и

вообще делать все, что пожелает. Но для Бога существует нравствен-

ная невозможность — Бог, например, не может солгать (Евр. 6:18), не

может отречься от Самого Себя (2 Тим. 2:13). Когда мы говорим, что

такой-то человек не может, например, украсть, мы не имеем в виду,

что его возможности в этом отношении ограничены, — мы имеем в

виду, что он никогда так не поступит. Бог не может ни принять, ни оп-

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  25

равдать, ни проигнорировать грех — не в силу ограниченности Своих

возможностей, но в силу Своей нравственной святости. Ибо Он

Возлюбил правду и возненавидел беззаконие (Пс. 44:8),

так что

Оправдывающий  нечестивого  и  обвиняющий  праведного —  оба

мерзость пред Господом (Притч. 17:15).

Хотя Писание говорит о гневе Божием на всякое нечестие и не-

правду предельно ясно, само это понятие нередко вызывает эмоцио-

нальные трудности. Иногда люди  говорят – «я не верю в гневного,

карающего Бога, я верю в Бога любви». Мы можем вспомнить, что

для Пророков, Апостолов и самого Господа Иисуса Бог является и Бо-

гом любви, и Богом суда. Они свидетельствуют нам как о благости,

так и строгости Божией и не видят в этом никакого противоречия.

Затруднения с восприятием гнева Божия связаны с тем, что мы

склонны воспринимать его по аналогии с человеческим гневом, кото-

рый «не творит правды Божией»(Иак.1:20). Для нас гнев – это бурная,

разрушительная, и, как правило, неадекватная эмоциональная реак-

ция. Как правило, нам приходится сожалеть о том, что мы сделали и

сказали в  гневе. Даже  когда мы  справедливо возмущаемся какими-

нибудь действительно плохими вещами, к нашему возмущению неиз-

бежно примешивается наша собственная греховность – наши страхи и

комплексы, наша ущемленная гордыня, наше желание попрать ближ-

него и превознестись над ним. Тем не менее, даже для нас иногда гнев

более здравая и праведная реакция, чем бесстрастная невозмутимость.

Невозмутимость,  свойственная  скорее  восточному мистицизму,  чем

христианству, может означать отстутствие сочуствия к жертвам, кото-

рые страдают, и пренебрежение к правде Божией, которая попирается.

Пророки иногда бурно возмущались идолопоклонством, жестокостью

и несправедливостью; Апостол Павел  пишет о галатийских лжеучи-

телях с явным негодованием.

Гнев Бога (в отличии от нашего) чист – в нем нет ничего скверно-

го,  греховного или неправильного. Это не  эмоциональная вспышка

человека, потерявшего над собой контроль, а чистое и святое негодо-

вание пред лицом зла. Зло, которое совершается в мире, самым серь-

езным образом ставит под вопрос благость Бога; легко сделать вывод,

что если Бог позволяет такому происходить, то Он или не благ, или

Его вовсе нет. Это верно не только в отношении каких-нибудь гранди-

озных зверств, но и в отношении любого проявления нравственного

зла. Когда я грешу, я перед лицом всего мироздания, людей, ангелов и

бесов объявляю, что Создатель мира не добр, — я совершаю зло, а Он

26  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

мне не препятствует. Более того, когда я грешу, я использую во зло

силы, возможности и само существование, которое я каждое следую-

щее мгновение получаю от Бога, и, таким образом, объявляю Его не

только терпящим, но и поддерживающим зло. Если бы Бог отказался

от возмездия по отношению к греху, вся эта хула оказалась бы прав-

дой. Бог, который не проявлял бы безусловного отвержения по отно-

шению к нравственному злу, не был бы благим Богом. В день суда все

убедятся, что Бог благ, — но, боюсь, не всех это обрадует (Откр. 6:16-

17). Любовь Бога к сотворенному Им миру с необходимостью предпо-

лагает Его в высшей степени резкое неприятие того, что этот мир оск-

верняет,  разрушает  и  уродует.  Если  бы  Бог  не  проявлял  гнева  по

отношению к греху, это не было бы проявлением любви. Это было бы

проявлением ужасающего равнодушия.

Еще одна причина, которая может стоять за неприятием слов Пи-

сания о гневе Божием, состоит в том, что мы склонны преуменьшать

серьезность нашего греха – нам кажется, будто мы не заслужили такой

резкой  реакции,  будто  гнев  Божий  является  несправедливым  или

чрезмерным. «Мы всего-то только … а Он грозит нам вечным прокля-

тием». Но мы никогда не поймем глубины Божиего милосердия, если

откажемся признать, что мы действительно достойны Божиего гнева.

Гнев – совершеннно здравая, достойная и праведная реакция на наши

грехи; когда мы возрастем в познании истины и возгнушаемся грехом

так, как должно им гнушаться, мы охотно согласимся с Богом в Его

категорическом отвержении греха.

Для понимания библейской картины спасения мне представляется

очень важным подчеркнуть, что гибель грешников — не результат не-

ких безличных «естественных последствий», но проявление суда Бо-

жия и Его гнева по отношению к греху:

По мере возмездия, по этой мере Он воздаст противникам Сво-

им — яростью,  врагам  Своим — местью,  островам  воздаст

должное (Ис. 59:18).

...и пошлю на тебя гнев Мой, и буду судить тебя по путям тво-

им, и возложу на тебя все мерзости твои (Иез. 7:3).

См. также 2 Фес. 1:8. Господь Иисус избавляет нас в первую оче-

редь от грядущего гнева (Рим. 5:9; 1 Фес. 1:9).

Иногда говорят, что Православию чужда юридическая термино-

логия, чуждо представление о Боге как о Судье, что грех — это не

«преступление, подлежащее суду» (Иов. 31:11), а болезнь, ведущая к

вечной смерти, болезнь, от которой Христос даровал нам лекарство в

виде таинств. Спасение в этом случае осмысляется в рамках так назы-

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  27

ваемой «органической теории», которую здесь нет необходимости из-

лагать подробно.

Конечно, стремясь осознать откровение и объяснить его другим,

мы не можем обойтись без построения теорий и использования той

или  иной  системы  образов.  Здесь,  однако,  нас может  подстерегать

опасность абсолютизировать наши теории и, незаметно для себя са-

мих, подменить ими слово Божие. Абсолютизация «органической тео-

рии»  как «единственно  православной»  может  вызвать  следующие

возражения:

В Библии — которую вряд ли кто-нибудь назовет «чуждой Пра-

вославию» — Бог постоянно говорит о Себе, как о Судье, и о Своих

действиях,  как  о  действиях  Судьи (Напр.  Пс. 7:12; 74:8; 93:2;

Мф. 25:31-46, и т. д.), Суд Божий также постоянно упоминается в мо-

литвословиях Церкви.

В рамках представлений о грехе как о болезни совершенно непо-

нятными становятся многие важные, если не центральные моменты

апостольского возвещения – такие, как суд и гнев Божий по отноше-

нию к греху, заместительное искупление, прощение грехов, оправда-

ние  верующего  во  Христе  перед  судом  Божиим.  В  самом  деле,

первое, что возвещали Апостолы – прощение грехов во Христе (Деян.

2:38, 5:31, 10:34, 13:38, 26:18), а это возвещение становится просто

бессмысленным, если рассматривать грех как болезнь. Нельзя «про-

стить  болезнь».  Простить  можно «вину,  преступление  и  грех»

(Исх.34:7), но никак не болезнь. То оправдание перед судом Божиим,

которое проповедовали Апостолы (напр. Деян. 13:39) также  теряет

смысл – какая мне польза от оправдательного приговора, если гибну я

не по приговору, а от болезни?

Эта теория может приводить к отрицанию владычества Бога и

Его власти спасти верующих. В самом деле, если нераскаянные греш-

ники гибнут в силу неких «естественных последствий», а Бог не име-

ет к этому отношения, то в мироздании, оказывается, действуют некие

силы, над которыми Бог не имеет власти. Если это так, то эти силы

вполне могут помешать Ему осуществить Его замыслы. Таким обра-

зом, мы не можем полагаться на Бога и верить Его слову — может так

случится, что Он не сможет его выполнить. Хуже того, получится, что

Бог сказал неправду, когда давал Свои обетования. Если же Бог имеет

власть над всеми «естественными последствиями» (как об этом ясно

говорит Писание, напр., Пл. Иер. 3:37-38; Ис. 14:24, 46:9-11), то мы

уже имеем дело не с «органическими последствиями», а с судом Бо-

жиим.

28  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

В этой теории есть риск утратить понятие нравственной ответст-

венности. Если я «более несчастен, чем виновен», если грех — это не

преступление, а болезнь, то за что же мне, бедняге, еще грозят геен-

ной? Больной человек не виноват, в том что он болен. Я могу только

согласиться с К. Льюисом: Бессовестно мучить человека, если он это-

го не заслужил. Если окончательная погибель злых не носит характера

нравственного воздаяния, то почему же Бог ее допускает? Страдания,

которые люди претерпевают на земле, могут быть предназначены для

исправления (Евр. 12:4-9)  или  духовного  возрастания (1 Петр. 4:12-

13), но о «муке вечной» этого никак не скажешь.

Органическая теория может способствовать восприятию грешни-

ка как «больного со справкой», на которого глупо и жестоко возлагать

какую-то ответственность. Одно из главных препятствий к обраще-

нию, с которым приходится сталкиваться, — это отказ человека при-

знавать ответственность за свою жизнь и свои поступки. Неверующий

человек — не всегда, конечно, но достаточно часто — склонен смот-

реть на себя, как на «дитя без глазу», в несчастии которого виноваты

«семеро нянек», и органическая теория может его в этом поддержать.

Если брать совсем уж крайний пример, то это напоминает ситуацию,

которую любят обыгрывать американские фильмы: какой-нибудь зло-

дей зарежет двадцать человек, а потом и говорит: нельзя меня за это

наказывать,  я  душевнобольной. Писание, напротив, уничтожает по-

добные увертки и возлагает на человека полную ответственность за

его поступки.

Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности, чтобы

воздать каждому по пути его и по плодам дел его (Иер. 17:10).

Итак,  если мы  обратимся  к Писанию,  то  увидим, что  гибель  злых

приписывается именно суду и гневу Божиему, и этот суд и гнев опи-

сываются как активное и личностное действие нравственного Судии

вселенной, который воздает нравственно ответственным  существам

«по делам их» (напр., Ис. 13:11, Иез. 7:8, 2 Фес. 1:6, Мф. 25:41). Злые

терпят мучение не в силу «естественных последствий», но потому, что

они в нравственном отношении «достойны того» (Откр. 16:6). Все это

звучит сурово, но это — необходимое условие нашей надежды. Если

нам грозит гнев Божий, то мы можем найти надежное прибежище в

искупительной жертве Христа;  если  нам  грозят «естественные  по-

следствия», от которых нам надлежит спасаться личными усилиями,

то наша надежда становится более чем зыбкой. Так, попытки изобрес-

ти себе более «мягкого» Бога, чем Бог Библии, ведут не к утешению, а

к отчаянию; готовность же покориться слову Божию, когда оно кажет-

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  29

ся нам неприятным и жестким, приводит к великому утешению, о чем

мы скажем в следующей главе.

30  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ

Ап. Павел выражает суть христианской веры одной фразой:

А что ныне живу во плоти, то живу верою в Сына Божьего, воз-

любившего меня и предавшего Себя за меня (Гал. 2:20).

Христианская вера есть вера в Воплощение и Искупление, кото-

рое Бог совершил из любви к каждому конкретному грешнику. В каж-

дом православном храме находится большое изображение распятия;

распятый Спаситель изображен на каждом нательном крестике; глав-

ным  символом  христианства  является  крест,  главным  событием —

смерть и воскресение Иисуса Христа. Сам Господь говорит, что цель

Его прихода — пострадать и умереть:

Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служи-

ли,  но  чтобы  послужить  и  отдать  душу Свою  для  искупления

многих (Мк. 10:45).

Средоточие нашей веры и надежды именно здесь:

Я рассудил быть у вас не знающим ничего, кроме Иисуса Христа,

и притом распятого (1 Кор. 2:2).

То, что мы думаем о спасении, определяется тем, что мы думаем

о кресте. Все священнописатели в один голос утверждают: Христос

умер  за наши  грехи. Более  того, для Апостола Павла  само по себе

Евангелие есть возвещение о том, что Христос умер за наши грехи и

воскрес из мертвых:

Напоминаю  вам,  братия,  Евангелие,  которое  я  благовествовал

вам, которое вы и приняли, в котором и утвердились, которым и

спасаетесь, если преподанное удерживаете так, как я благове-

ствовал вам, если только не тщетно уверовали. Ибо я первона-

чально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос

умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что

воскрес в третий день, по Писанию (1 Кор. 15:1-4).

См. также Мк. 10:45; Ис. 53; Рим. 4:25; 2 Кор. 5:21 и т.п.

Мы можем говорить о том, что Он умер, чтобы обновить челове-

ческую  природу,  чтобы  показать  пример  абсолютного  послушания

или  проложить  нам  путь  к  воскресению, —  но  самое  главное,  это

именно то, что Он умер за наши грехи. Отрицать заместительный ха-

рактер его смерти — значит отрицать «Евангелие, которым и спасаем-

ся». Как свидетельствует пророк, Христос

за преступления народа Моего претерпел казнь.  (Ис. 53:8)

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  31

В Своем деянии искупления Бог отождествил Своего Единород-

ного Сына с нашим грехом, проклятием и погибелью настолько, что

наш грех, проклятие и погибель полностью исчерпаны Его крестной

смертью; Бог отождествил грешников с праведностью, благословени-

ем и вечной жизнью Иисуса Христа так, что все эти блага полностью

принадлежат нам:

Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, что-

бы мы в Нем сделались праведными пред Богом (2 Кор. 5:21).

Эта  праведность,  благословение  и жизнь  принадлежит  нам  во

Христе и только во Христе. Она не наша собственная, а Его:

Посему, как преступлением одного (Адама) всем человекам осу-

ждение, так правдою одного (Христа) всем человекам оправда-

ние к жизни (Рим 5:18).

И найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона,

но с тою, которая чрез веру во Христа, с праведностью от Бога

по вере (Флп. 3:9).

В самих себе, по нашим собственным качествам мы весьма дале-

ки от совершенства и потому призваны к нему стремиться (Флп. 3:14).

Но во Христе, в глазах Бога, мы совершенны и полностью приняты —

совершенны  настолько,  насколько  совершенно  Его  искупительное

служение:

Ибо Он одним приношением навсегда  сделал  совершенными ос-

вящаемых (Евр. 10:14).

Что же, возразит читатель, Бог принимает нас как совершенных,

хотя на деле мы не таковы? Неужели Бог обманывает Сам Себя? Ни-

как! Бог видит каждый наш грех — те грехи, которые мы осознаем, и

те, которые мы осознавать не хотим, и всю глубокую, темную пороч-

ность наших сердец, — но Он видит все это пригвожденным на крест

в теле Иисуса Христа (Рим. 8:3). Он видит бесконечно драгоценную

праведность Своего Возлюбленного и Единородного Сына — и он ви-

дит ее принадлежащей нам, как Его братьям (Евр. 2:11), членам Его

мистического  тела (Еф. 5:30 и  т.д.),  соединенным  с Ним во  святом

крещении (Рим. 6:5). Это ни в коем случае не является некой юриди-

ческой фикцией. Ибо кто дерзнет отрицать, что Христос на самом де-

ле, самым действительным и реальным образом умер за наши грехи?

Кто станет называть Его смерть «фиктивной»? Точно так же не может

быть фиктивной та праведность, которую Бог вменяет верующим в

Иисуса. Ибо если мы соединены с Ним так, что Он действительно не-

сет наши грехи, значит мы соединены с Ним так, что мы действитель-

32  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

но несем Его праведность. Св. Иоанн Златоуст, толкуя Рим. 5:16-19,

говорит:

Мы были освобождены от наказания, совлеклись всякого зла, бы-

ли  возрождены  свыше, воскресли после погребения  ветхого че-

ловека,  были  искуплены,  освящены,  приведены  в  усыновление,

оправданы,  сделались  братьями  Единородного,  стали  Его  сона-

следниками, и сотелесными с ним, вошли в состав Его плоти и

соединились с Ним так, как тело с главою. Все это Павел и назвал

избытком благодати, показывая, что мы получили не только вра-

чевство,  соответствующее  нашей  язве,  но  и  здоровье,  красоту,

честь, славу и такие достоинства, которые гораздо выше нашей

природы. Каждый из  этих даров мог бы  сам по себе истребить

смерть. А когда все они стекаются вместе, не остается ни следа

ее, ни тени. Это подобно тому, как если бы кто за десять оволов

вверг какого-нибудь должника в темницу, и не только его самого,

но, по вине его, и жену его и детей и слуг, а другой, пришедши,

не только внес бы те десять оволов, но и еще подарил десять ты-

сяч талантов золота, привел узника в царский дворец, посадил на

месте самой высокой власти и сделал бы его участником самой

высокой чести и других отличий — тогда давший в заем не мог

бы  и  вспомнить  о  десяти  оволах.  Так же  случилось  и  с  нами.

Христос заплатил гораздо больше того, сколько мы были долж-

ны, и настолько больше, насколько море беспредельно в сравне-

нии  с малой  каплею. Итак, не  сомневайся,  человек,  видя  такое

богатство благ, не спрашивай, как потушена искра смерти и гре-

ха, когда на нее излито целое море благодатных даров (Беседы на

послание к Римлянам, стр. 596).

Насколько  я понимаю Писание, блага искупления принадлежат

нам в силу того, что мы принадлежим Ему, а не в силу каких-то наших

собственных достоинств. Мы «оправданы Кровию Его» (Рим. 5:9), а

не  чем-либо  своим.  Ибо  Христос  сделался «жертвою  за  грех»

(2 Кор. 5:21) и «клятвою» (проклятием) (Гал. 3:13) за нас, не имея ни-

какого Своего греха, так же и «мы в Нем сделались праведными пред

Богом» (2 Кор. 5:21), не имея каких-либо своих собственных доброде-

телей. Более того, искупление во Христе Иисусе означает, что в нас,

самих по себе, нет решительно никаких достоинств, с которыми мы

могли бы связывать нашу надежду. Рассмотрим это подробнее. Апо-

столы описывают искупление как

Личное. Христос искупил лично каждого конкретного грешника:

Павла (Гал. 2:20, 1 Тим. 1:15), немощного брата (1 Кор. 8:11), членов

конкретных  христианских  общин (Еф. 1:7;  Гал. 3:13). Он по имени

знает каждую из овец, за которых полагает Свою жизнь (Ин. 10:3). В

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  33

Писании  говорится об искупительном служении Христа как о на-

правленном на конкретных людей, с конкретными именами и ли-

цами, живущих в конкретных городах. Нравственные обязательства

христианина  неразрывно  связаны  с  тем,  что Христос  умер  за него

лично.

Как-то я рассказывал об этом одной женщине, и она сказала то,

что  я навсегда  запомню: «Да, но ведь если  я поверю, что Христос

умер за меня лично, то я больше никогда в жизни не смогу солгать».

Неверующие считают, что осознание человеком того, что все его гре-

хи уже искуплены на Голгофе, побудит его небоязненно грешить; ве-

рующих,  напротив,  это  сознание  побуждает  с  великим  тщанием

избегать греха.

Заместительное. В  смерти Христа  совершился Божий  суд над

нашим грехом:

...Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву

за грех, и осудил грех во плоти (Рим. 8:3).

На Него было возложено наше проклятие:

Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клят-

вою, —  ибо  написано: «проклят  всяк,  висящий  на  древе»

(Гал. 3:13).

На Него были возложены наши грехи:

Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши;

наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцели-

лись. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою

дорогу; и Господь возложил на Него грехи всех нас (Ис. 53:5-6).

См.  также  1 Петр. 2:24; 1 Ин. 2:2; 3:5; 4:19; Рим. 4:25; Гал. 1:4;

Евр. 2:17, и. т.д.

Исчерпывающее.

Он же, принеся одну жертву за грехи, навсегда воссел одесную

Бога, ожидая  затем, доколе  враги Его будут положены  в под-

ножие ног Его. Ибо Он одним приношением навсегда сделал со-

вершенными  освящаемых.  О  сем  свидетельствует  вам  и  Дух

Святый Ибо  сказано: «вот  завет,  который  завещаю  им  после

тех дней, говорит Господь: вложу законы Мои в сердца их, и в

мыслях их напишу их, и грехов их и беззаконий их не вспомяну бо-

лее». А  где прощение  грехов, там не нужно приношение  за них

(Евр. 10:12-18).

Любые попытки человека загладить свои грехи и приобрести бла-

говоление Божие своими личными деяниями, излишни.

34  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

Что из этого следует? Ряд очень важных выводов. Если я (вслед за

ап. Павлом) верю, что Христос умер за меня лично, я вынужден при-

знать, что я сам по себе, со всеми моими благочестивыми подвигами,

не стяжал ничего, кроме осуждения, отвержения и проклятия — всего

того, что Господь понес за меня на кресте. Иисус понес на Себе то,

что  заслужил  я, — как же  я могу после этого  говорить, что угодил

(или надеюсь угодить в будущем) Богу своими добродетелями, если я

вижу Господа умершим на кресте смертью проклятого? Это, может

быть, тяжелый, но неизбежный вывод — в смерти Христа уже произ-

несен Божий приговор над моей жизнью и моими деяниями, и этот

приговор —  обвинительный.  Бог,  совершенно  очевидно,  не  принял

мою  жизнь  и  мои  деяния  как  жертву,  благоугодную  Ему, —  иначе

жертва Христа была бы не нужна. Крест подчеркивает то, что мы ви-

дели раньше, когда исследовали свидетельство Писания о человече-

ской греховности:

все совратились с пути, до одного негодны; нет делающего доб-

ро, нет ни одного (Рим. 3:12).

Христос пришел не для того, чтобы дополнить и поддержать на-

ши  собственные претензии на праведность, но для  того, чтобы от-

вергнуть  их.  Именно  поэтому  апостольское  возвещение  о

заместительном Искуплении способно вызывать такое резкое непри-

ятие – оно полностью сокрушает все наши притязания на самопра-

ведность.  Когда  слово  Божие  возвещает «Христос  умер  смертью

проклятого и за твои грехи» оно говорит «поистине, ты не заслужил

ничего, кроме проклятия и смерти». Для грешника, который пытается

прикрыться  лохмотьями  своих  добродетелей,  благочестивых  дел  и

личных подвигов, это тяжкий удар – он узнает, что его лохмотья нику-

да не годятся. То, с чем он связывал свою надежду, оказалось тщет-

ным. Но, в то же время, это великое утешение и освобождение – ты не

будешь осужден, потому, что за тебя умер Невиновный. Тебе не нужно

переживать о том, достаточно ли хорошо выглядят твои лохмотья, по-

тому, что тебе дается одеяние праведности Христовой. Смерть и Вос-

кресение Христово отпускает измученного грешника на свободу – нет

больше необходимости лгать и оправдываться, не нужно надрываться,

пытаясь пробиться к Богу своей личной безупречностью, не нужно

пребывать в страхе и сомнениях, все больше убеждаясь, что это не-

возможно – можно просто сдаться и успокоится в искупительном дея-

нии Христа. Ап. Павел  ставит жесткий выбор: или мы принимаем

через веру праведность Христову, или пытаемся поставить собствен-

ную праведность.

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  35

Ибо,  не  разумея  праведности  Божией  и  усиливаясь  поставить

собственную  праведность,  они  не  покорились  праведности  Бо-

жией. Потому что конец закона — Христос, к праведности вся-

кого верующего (Рим. 10:3-4).

Сам Апостол объявляет свои прежние (весьма значительные) ре-

лигиозные достижения и заслуги, «тщетою» и «сором»:

Но  что для меня было преимуществом, то ради Христа  я почел

тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания

Христа Иисуса, Господа моего. Для него я от всего отказался, и

все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа (Флп. 3:7-9).

Искупительное служение нашего Господа содержит в себе все не-

обходимое и достаточное для нашего спасения.

И когда наступило время ужина, послал раба своего сказать зва-

ным: «идите, ибо уже все готово» (Лк. 14:17).

Искупление во Христе и искупление собственными усилиями не

дополняют, а взаимно отрицают друг друга:

Не отвергаю благодати Божией; а если законом оправдание, то

Христос напрасно умер (Гал. 2:21).

(Мы подробно рассмотрим, что Павел имел в виду под «законом»,

когда будем говорить об оправдании верой.)

Любое учение о спасении, которое в какой-либо мере приписыва-

ет спасение человека его личным достижениям, неизбежно приводит

(хотим  мы  этого  или  нет)  к  отрицанию  искупления,  совершенного

Христом. Если человек сам себя спасает личным подвигом, то Голго-

фа превращается в некий чисто демонстративный акт, цель которо-

го — «убедить человека совершать свое спасение».

Читателю, возможно, доводилось сталкиваться с несколько иным

представлением: Христос искупил человеческую природу, а каждый

отдельный  грешник  еще  должен  усвоить  плоды  искупления  своим

личным подвигом. При этом утверждение, что

Бог  даровал  нам  жизнь  вечную,  и  сия  жизнь  в  Сыне  Его

(1 Ин. 5:11),

понимается в том смысле, что Бог даровал нам не саму жизнь, а

только возможность приобщиться вечной жизни во Христе, каковую

возможность мы  сами  должны  осуществить  личными  усилиями. Я

вынужден признать, что при сопоставлении с Апостольскими свиде-

тельствами  об  искуплении  это  представление  вызывает  серьезные

трудности.

36  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

1) «Человеческая  природа»  реально  существует  только  в  лице

конкретных людей. Утверждать, что Христос искупил «человеческую

природу»,  не искупив никого  конкретно, —  значит утверждать, что

Христос не искупил ровным счетом ничего.

2) В контекст Апостольских свидетельств об искуплении очень

трудно поместить такое понятие, как «человеческая природа вообще».

Можем ли мы сказать, что,

Он изъязвлен был за грехи человеческой природы и мучим за без-

закония человеческой природы; наказание мира нашего было на Нем;

ранами Его человеческая природа исцелилась; человеческая природа

блуждала, как овцы, совратились каждый на свою дорогу, и Господь

возложил на Него грехи человеческой природы (Ис. 53:5-6)

или

в Котором человеческая природа имеет искупление Кровию Его,

прощение грехов, по богатству благодати Его (Еф. 1:7)?

«Человеческая природа» не может грешить и нуждаться в искуп-

лении  грехов, не может  куда-либо  совращаться — для  этого нужно

быть личностью, а не природой.

3) Такое представление подрывает основу личной благодарности и

личной преданности христианина Спасителю. Если Христос умер не

за конкретных людей, а за «природу», то связанные с этим нравствен-

ные обязательства также ложатся на «человеческую природу», а не на

конкретных людей.

4) Такая точка зрения похищает славу нашего искупления у Хри-

ста, делая подвижника своим собственным искупителем. В самом де-

ле,  благодаря  чьим  деяниям  конкретный  человек  обретает  плоды

искупления? Благодаря своим собственным. Христос лишь обеспечи-

вает ему возможность это сделать.

Приведу пример. Представьте себе, что я по причине моей ве-

ликой щедрости, зная Ваше бедственное материальное положение,

предлагаю Вам даром пять тысяч рублей. Вы уже протягиваете руку,

и  тут  я  объясняю Вам, что  для  того  чтобы  усвоить  этот дар, Вы

должны месяц отработать, а я, по моей великой щедрости и неза-

служенному  к Вам  расположению,  обеспечу Вас  рабочим местом,

инструментами и всем необходимым для работы. Более того, я заяв-

лю, что оставляю за собой право ни дать Вам ни копейки, если объем

и качество Вашей работы меня не устроят. Вы, вероятно, поймете, что

никакой я не благодетель, а просто работодатель, да и работодатель

какой-то странный — зачем же называть зарплату даром?

У меня всегда вызывали недоверие уличные торговцы, которые

сначала предлагали что-то «в подарок», а потом говорили, что нужно

ИСКУПЛЕНИЕ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ  37

(всего-то только) оплатить доставку. Если мне просто хотят продать

какую-то вещь, то зачем называть это «подарком от фирмы»?

Если конкретный человек обретает спасение «личным подвигом»,

то зачем же говорить о «даре» спасения? Это было бы просто недоб-

росовестной рекламой. А я не нахожу возможным подозревать Бога в

недобросовестной рекламе. Если слово Божие утверждает, что спасе-

ние — это дар, значит так оно и есть:

Жаждущие!  идите все к водам; даже и вы, у которых нет се-

ребра, идите, покупайте и ешьте; идите, покупайте без серебра

и без платы вино и молоко (Ис. 55:1).

Получая  оправдание  даром,  по  благодати  Его,  искуплением  во

Христе Иисусе (Рим 3:24),

Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар:

не от дел, чтобы никто не хвалился (Еф. 2:8-9).

Ибо возмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизнь вечная

во Христе Иисусе, Господе нашем (Рим. 6:23).

Означает ли это, что личными нравственными усилиями можно

просто пренебречь? Разумеется, нет. Но, как мы сейчас рассмотрим,

благочестивая жизнь и усердие к добрым делам — это необходимое

проявление спасения, а не его предварительное условие.

5) Рассмотрим Ин. 15:4-5:

Пребудьте  во Мне, и Я  в  вас. Как ветвь не может приносить

плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не буде-

те во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в

нем, тот приносит много плода;  ибо без Меня не можете де-

лать ничего.

Господь  говорит  здесь,  что  мы  можем  принести  угодные  Богу

плоды, только пребывая в Нем. Итак, если я не во Христе, то пользы

от всех моих духовных усилий не больше, чем от хатха-йоги. Если я

пребываю во Христе,  то  я уже обладаю  теми благами, которые Он

обещает своим овцам:

И Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не по-

хитит их из руки Моей (Ин. 10:28).

В других местах Писание также  говорит о том, что мы можем

творить угодные Богу дела, только будучи уже спасены и приняты Им:

Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар:

не от дел, чтобы никто не  хвалился. Ибо мы — Его творение,

созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предна-

значил нам исполнять (Еф. 2:8-10).

38  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

В самом деле, какие добрые плоды человек может принести Богу,

если он еще остается «сыном противления», «чадом гнева» и «гнев

Божий пребывает на нем»?

То же говорится и в послании к Римлянам:

Посему живущие  по  плоти Богу  угодить не могут. Но  вы не по

плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас. Ес-

ли же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его (Рим. 8:8-9).

Мы можем жить по духу, только если Дух Божий уже живет в нас,

в противном случае мы «Богу угодить не можем». О Духе же сказано,

что Он  является несомненным Свидетелем нашей принадлежности

Христу.

В Нем (во Христе) и вы, услышав слово истины, благовествова-

ние вашего спасения, и уверовавши в Него, запечатлены обето-

ванным Святым Духом, Который  есть  залог  наследия  нашего,

для искупления удела Его, в похвалу славы Его (Еф. 1:13-14).

То есть только тот, кто уже принадлежит Богу через Иисуса Хри-

ста, имеет Святого Духа.

Итак, чтобы принести Богу добрые плоды, нужно сначала быть

соделанным  добрым  деревом (Мф. 7:17-18).  Довольно  странно  ду-

мать, что репейник может личным подвигом произвести смоквы и в

награду за это соделаться смоковницей.

6) Такое представление о спасении предполагает, что человек мо-

жет находиться в процессе перехода от «неискупленного» к «искуп-

ленному» состоянию, пребывать во Христе лишь частично, по мере

«усвоения» человеком плодов искупления. Между тем Писание про-

водит очень резкую и четкую грань между пребыванием во Христе —

когда человеку уже принадлежат все настоящие и будущие блага ис-

купления, и пребыванием вне Христа, когда человек целиком и полно-

стью  лишен  этих  благ,  грань  настолько  резкую,  что  невозможно

говорить ни о каком промежуточном или переходном состоянии.  Этот

вопрос настолько  важен, что мы отведем для  его рассмотрения от-

дельную главу.

О НЕВОЗМОЖНОСТИ

ПРОМЕЖУТОЧНОГО СОСТОЯНИЯ

Итак, представление о постепенном «усвоении» человеком спа-

сения предполагает, что человек может находиться в процессе перехо-

да от “неискупленного” к “искупленному” состоянию, пребывать во

Христе лишь частично, по мере “усвоения” человеком плодов искуп-

ления. Между  тем  Писание  не  оставляет  возможности  для  такого

промежуточного состояния.  Или человек во Христе — и тогда ему

уже принадлежат все настоящие и будущие блага искупления, или вне

Христа, и тогда он  целиком и полностью лишен этих благ:

Верующий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не

увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нем (Ин. 3:36),

Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, пото-

му, что не уверовал во имя Единородного Сына Божия (Ин. 3:18),

Истинно, истинно  говорю вам: слушающий слово Мое и верую-

щий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную; и на суд не прихо-

дит, но перешел от смерти в жизнь (Ин. 5:24).

Невозможно в какой-то степени “иметь жизнь вечную” и при этом

в какой-то степени пребывать под гневом Божиим, «на суд не прихо-

дить» и в то же время быть «уже осужденным». Рассмотрим также

Еф.2:1-10

И вас, мертвых по преступлениям и грехам вашим, в которых

вы некогда жили, по обычаю мира сего, по воле князя, господствую-

щего в воздухе, духа, действующего ныне в сынах противления, меж-

ду которыми и мы все жили некогда по нашим плотским похотям,

исполняя желания плоти и помыслов, и были по природе чадами гне-

ва, как и прочие, Бог, богатый милостью, по Своей великой любви,

которою возлюбил нас, и нас, мертвых по преступлениям, оживотво-

рил со Христом, - благодатью вы спасены, - и воскресил с Ним, и по-

садил на небесах во Христе Иисусе,  дабы явить в  грядущих веках

преизобильное богатство благодати Своей в благости к нам во Хри-

сте Иисусе. Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас,

Божий дар:  не от дел, чтобы никто не хвалился. Ибо мы - Его тво-

рение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог пред-

назначил нам исполнять.

Невозможно быть немного “сыном противления” и “чадом гнева”

(Еф. 2:2-3) и при этом немного спасенным и посаженным на небесах

39 40  ОБ УВЕРЕННОСТИ В СПАСЕНИИ

во Христе Иисусе (Еф. 2:5-6). Невозможно быть немного проклятым

(Вт.11:28, Гал.3:10)  и немного благословенным (Гал. 3:13-14; Еф. 1:3).

В данный момент можно находиться либо в том либо в другом поло-

жении, но никак не посередине. Не существует никакого промежуточ-

ного  или  переходного  состояния  между  благословением  и

проклятием, оправданием и осуждением, царством тьмы и Царством

Возлюбленного Сына (Кол. 1:13). Либо вы сейчас принадлежите к Его

овцам (Ин. 10:27-28)  и  обладаете  всеми,  настоящими  и  будущими,

благами,  которые  Господь  им  обещает,  либо  вы  не  из  овец  Его

(Ин. 10:26) и полностью лишены этих благ.

Переход от одного состояния к другому, таким образом, никак не

может быть протяженным во времени процессом с непредсказуемым

результатом. Это однократное событие с четко известными последст-

виями. Это событие в Писании ассоциируется с Крещением и описы-

вается  как  рождение  свыше,  возрождение,  или  рождение  от  Бога

(соотв. 1 Петр.1:23, Ин.1:12-13, Иак.1:18)  оправдание (Рим.5:1, 9),

усыновление Богу (напр.Гал.3:26), причем везде речь идет именно о

событии, а не о процессе – христиане описываются как возрожден-

ные, а не как возрождаемые, как усыновленные, а не как находящиеся

в процессе усыновления.

Священное Писание много говорит о процессе духовного возрас-

тания,  постепенного  уподобления  Христу (см.главу «Спасение  как

процесс» этой книги), но сам этот процесс начинается только после

того, как переход из «чад гнева» в «дети Божии» уже совершился. Для

того, чтобы расти, надо сначала родиться. Для того, чтобы возрастать

в новой жизни, нужно сначала – и со всей определенностью – быть

живым, а не мертвым, уже «перейти от смерти в жизнь». В следую-

щей главе мы рассмотрим, как совершается этот переход.